Среда

Тихо жужжал мотор, и автобус мерно покачивался, усыпляя своих пассажиров. За окнами была пепельная тьма, изредка сверкающая отражением фар на одиноких скалах. Машины глаза распахивались на каждую вспышку, и уснуть глубоким сном Маше не удавалось. Она то медленно уплывала в приятное дремотное состояние, то после вспышки открывала глаза, осознавала себя Марией, и вспоминала свой текущий пункт назначения – славный город Иерусалим.

После очередной вспышки, Маша сама решительно открыла глаза, повернулась, и зашипела подруге:

— Лен, дай маску! Тебе все равно там не светить. А я хоть усну, — и осторожно пальчиком потрогала Лену за плечо.

— Отье*сь, — Подруга дернула плечом, и отвернулась от Маши.

— Тссс! – вновь зашипела Маша, — Тут кругом приличные люди! Не позорься!

— Я сказала, отье*бсь! – милейшая Ленка с похмелья превращалась в злобную мегеру, и Маше в очередной раз пришлось смириться. Она отвернулась, затихла, ее дыхание успокоилось, и лишь веки продолжали вздрагивать на каждую вспышку света.

.

Маша внезапно проснулась, и поняла, что что-то изменилось, что-то стало не так. Она села, открыла глаза и оглянулась. Туристы, заполнившие автобус, в большинстве своем спали, каждый по-своему смешно и уютно, только молодая пара на заднем сиденье смотрела в телефон и шепталась, и через проход толстый мальчик старательно ел булочку из самолетного набора. Маша посмотрела в окно. Заметно посветлело, но все окна залепил густой серый туман, подсвеченный белым светом фар. И тут Маша поняла, какая тревожная нота заставила ее проснуться.

.

Автобус перестал качаться! Маше на миг показалось, что автобус стоит, и это туман проноситься мимо окон. Но мотор продолжал работать, и из-за кресла водителя торчала рука, лежащая на переключателе передач. Маша снова потрогала подругу пальцем за плечо. Но Лена продолжала лежать, не пошевелившись. Тогда Маша потянула ее за плечо, и Лена неожиданно легко поддалась, и на Машу уставился широко открытый слюнявый рот и розовая маска для сна с надписью: «Как приедем, разбуди».

— Мама! – почему очень тихо вскрикнула Маша. Молодая пара и толстый мальчик повернули головы в ее сторону и замерли. Лена резко села, опустила маску на шею, и хрипло спросила:

— Что?

— Лена, мне кажется здесь какой-то пиПИИИИИец твориться, — Маша нервным шепотом тараторила Лене в ухо, и Лена недовольно морщилась, — автобус стоит, и едет, люди какие-то вокруг, как роботы, туман этот, нахера не видно!

— Тихо, тихо, — Лена стала оглядываться по сторонам, но в душе уже пророс маленький росток паники, потому что самым рассудительным и спокойным человеком, встреченным ей на жизненном пути, была ее подруга с детства, Маша, — так, подруга, не паникуй. Все нормально, мы ж в Израиле, у них дороги, ровные, как стол. А люди? Нормальные люди, спят все. И ты спи, Маш, и мне не мешай. Скоро приедем.

Лена немного успокоилась, легла на бок, отвернувшись от окна, и незаметно для себя, задремала. Туман вдруг кончился, как будто отдернули штору, и со всех сторон открылось черное прозрачное звездное небо.